«Сиди и смотри чужой жизни кусочек»

«Сиди и смотри чужой жизни кусочек»

В Левашово Маяковским была написана поэма «Мистерия Буфф». О том, как поэт работал над поэмой, отдыхал и рисовал этюды вспоминает Ольга Зарубина, - в десятых годах прошлого века ее родители сдавали Маяковскому и Брикам три комнаты в пансионе.

- Владимир Владимирович появился в Левашово за несколько дней до приезда Лили и Осипа Бриков. Он выехал из Петрограда раньше, чтобы снять пансион на лето. Обошел весь поселок, но так ничего подходящего для Лили не нашел (Лиля хотела жить в отдельном небольшом домике), - рассказывает Ольга Николаевна. – Разочарованный Маяковский уже собирался уезжать, но я подошла к поэту и предложила остановиться у нас.

В то время Зарубины жили в двухэтажном деревянном доме, недалеко от станции. Жили бедно, поэтому зарабатывали тем, что сдавали жилье внаем. Маяковский сразу внес задаток за три комнаты, и через несколько дней вернулся в Левашово вместе с Бриками.

- Лиля мне сразу не понравилась, - продолжает Ольга Николаевна. – А в двадцатичетырехлетнего Маяковского я влюбилась с первого взгляда – высокий, красивый, художник. Поговаривали, что он и стихи пишет. Я надела свое лучшее платье, в горошек, и давай полы в доме мыть. А сама думаю – вот выйдет из комнаты Маяковский, а я чувств лишусь и на руки эдакого красавца брошусь! Вымыла первый этаж, - ни кого! Мою лестницу и крыльцо – ни кого! Уже по третьему кругу принялась тряпкой махать! Вдруг выходит со второго этажа Лиля Юрьевна и говорит: «Оленька, что же вы все трете и трете первый этаж! Когда же вы у нас приберете?!». Вот ведь – нахалка, думаю я, а сама радешенька – увижу как Владимир Владимирович живет!

Ольга Николаевна зашла в комнату - а там Маяковский с Осипом Максимовичем в карты играют.

- Если вы, Оленька, хорошенько приберетесь, я ваш портрет напишу! – говорит Маяковский и протягивает мне морковку (в то время с едой было плохо, и морковь вроде конфет была), - вспоминает Зарубина. - Я обезумела от счастья! Махнула тряпкой раз – под кроватью вымыла, махнула два – центр убрала, махнула три – ведро с водой на Лилю Юрьевну опрокинула. «Вот ведь, какая неуклюжая!» - вскрикнула Лиля и выбежала во двор мыться.

В карты Маяковский и Брики играли каждый вечер, но во что именно Зарубина не помнит. Только ставки в игре были очень смешными. К примеру, проигравший мыл всем ботинки или расчески, бегал на станцию за газетами или ловил редкие экземпляры бабочек, которых в Левашово было много.

- В нашем доме был обычай – каждый вечер, в семь часов все постояльцы нашего пансиона собирались на первом этаже в гостиной. Длинный дубовый стол был главным украшением комнаты, - вспоминает Ольга Николаевна. - Угощенья были скудными, но красивая скатерть и посуда создавали атмосферу праздника. Владимир Владимирович, несмотря на молодость, любил садиться во главе стола и распоряжаться во время чая. Чтобы отомстить Лиле Юрьевне за любовь Маяковского, я привела в пансион новую съемщицу – тридцатилетнюю красавицу Сашеньку, и позаботилась о том, чтобы ее усадили за вечерним чаем напротив Владимира Владимировича. Пусть лучше Сашеньку разглядывает, - думала я, чем за Лилей Юрьевной ухаживает!

Новая квартирантка сразу пришлась по вкусу всем жильцам пансиона, в том числе и Маяковскому. Женщины с завистью смотрели на ее белокурые волосы и пышную грудь. Но в доме Сашенька прожила только месяц.

- Потом на ее место пришла пожилая женщина, мы ее звали Дядя Рая. Она была Сашенькиной противоположностью – сухая, с усиками, в очках, в любую погоду – в темном платье. Дядя Рая появилась в гостиной неожиданно и сразу заняла Сашенькино место за столом, - улыбается Ольга Николаевна. - Когда Владимир Владимирович за чаем поднял на нее глаза, невольно сказал: «Где стол был яств, там гроб стоит!». А потом добавил: «Знаете что, Оленька, если вы согласитесь поменяться со мной за столом местами, я непременно напишу ваш портрет!».

Когда пришло время расставаться, девочка плакала.

- У меня оставалась единственная надежда на то, что Маяковскому не хватит денег расплатиться за пансион, - продолжает рассказ Ольга Николаевна. – Так оно и вышло. Из-за нехватки денег Владимир Владимирович задержался в Левашово дольше, чем рассчитывал. Вместо трех месяцев – все четыре!

«Если вы, Оленька, придумаете, где мне раздобыть денег, то я непременно напишу ваш портрет!» – уже в который раз пообещал восьмилетней девочке Владимир Маяковский.

- Позже Лиле Юрьевне пришла в голову замечательная идея: продать ее портрет, неизвестного мне художника. Портрет быстро купили, и Маяковский скоро расплатился с моими родителями за комнаты. Сказал, что через пару дней съедет. «А как же мой портрет, Владимир Владимирович!?», – спросила девочка у поэта. - «Портрет я обязательно напишу! Завтра!». Стояла середина сентября, - на улице все еще было жарко. Рано утром, пока Лиля Юрьевна еще спала, Владимир Владимирович спустился со второго этажа и постучал в мою комнату. «Оленька, вставайте! Пора над портретом работать!» – прошептал за дверью Маяковский. С самой ночи я ждала Владимира Владимировича в том самом платье - в горошек! Как только поэт зашел за мной, мы отправились в Осиновую рощу. Идем по тропинке – кругом малинник и листы подорожника – красота! У Маяковского в руках этюдник. Идет – стихами говорит (видимо, это были строки из «Мистерии Буфф»).

На берегу озера Владимир Маяковский написал портрет восьмилетней Оли Зарубиной. Во время Великой Отечественной войны портрет был утерян вместе с остальными вещами на Дороге Жизни.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Счетчик ИКС